Художественный мир Н. В. Гоголя
Место творчества Н. В. Гоголя в русской литературе 19 в. Гоголь и Пушкин. Ран-нее романтическое творчество писателя. «Вечера на хуторе близ Диканьки», «Миргород». Связь этих произведений с фольклором и опора на традиции русской литературы. Фантастика и реальность в его произведениях.

В первой половине 19ого века в России жили и творили многие великие поэты и пи-сатели. Однако в русской литературе принято считать, что с 40х годов 19ого века начинает-ся "гоголевский" период русской литературы. Эту формулировку предложил Чернышевский. Он приписывает Гоголю заслугу прочного введения в русскую изящную литературу сатири-ческого - или, как справедливее будет назвать его, критического направления. Ещё одна за-слуга - основание новой школы писателей.
Творения Гоголя, обнажавшие социальные пороки царской России, составили одно из важнейших звеньев становления русского критического реализма. Никогда прежде в России взор сатирика не проникал так глубоко в повседневное, в будничную сторону социальной жизни общества. Гоголевский комизм - это комизм устоявшегося, ежедневного, обретшего силу привычки, комизм мелочной жизни, которому сатирик придал огромный обобщающий смысл. После сатиры классицизма творчество Гоголя явилось одной из вех новой реалисти-ческой литературы. Значение Гоголя для русской литературы было огромно. С появлением Гоголя литература обратилась к русской жизни, к русскому народу; стала стремиться к само-бытности, народности, из риторической стремилась сделаться естественною, натуральною. Ни в одном русском писателе это стремление не достигло такого успеха, как в Гоголе. Для этого нужно было обратить внимание на толпу, на массу, изображать людей обыкновенных, а неприятные только исключение из общего правила. Это великая заслуга со стороны Гого-ля. Этим он совершенно изменил взгляд на само искусство.
Влияние Гоголя на русскую литературу было огромно. Не только все молодые таланты бросились на указанный им путь, но и некоторые писатели, уже приобретшие известность, пошли по этому пути, оставив свой прежний.
О своём восхищении Гоголем и о связях с его творчеством говорили Некрасов, Турге-нев, Гончаров, Герцен, а в 20ом веке мы наблюдаем влияние Гоголя на Маяковского. Ахма-тову, Зощенко, Булгакова и др.
Чернышевский утверждал, что Пушкин является отцом русской поэзии, а Гоголь - от-цом русской прозаической литературы.
Конечно, и в прозаических произведениях Пушкина, которые представляют чуждые русскому миру картины, без всякого сомнения, есть элементы русские. Но как доказать, что, например, поэмы "Моцарт и Сальери", "Каменный гость", "Скупой рыцарь" могли быть на-писаны только русским поэтом? Но разве можно такой вопрос задать по отношению к Гого-лю? Конечно, нет. Изображать русскую действительность, с такой поразительной верностью может только русский писатель.
Гоголь ничего не украшает, не смягчает вследствие любви к идеалам или каких-нибудь заранее принятых идей, или привычных пристрастий, как, например, Пушкин в "Онегине" идеализировал помещицкий быт. Однако у них есть много общих моментов в их произведе-ниях, сказывается влияние Пушкина на Гоголя. Например, письмо незнакомки к Чичикову - пародийная копия письма Татьяны к Онегину, а сцена Чичикова и Коробочки - такая же ко-пия сцены встречи Германа и графини. Пушкин и Гоголь были друзьями. Пушкин высоко оценил творчество Гоголя. Он рекомендует публике книги Гоголя, который со времени "Ве-черов..." непрестанно развивался и совершенствовался. С благородством и щедростью, с ис-тинным великодушием, которым отмечен гений, Пушкин подарил Гоголю сюжеты двух крупнейших его произведений: "Ревизора" и "Мёртвых душ", и Гоголь всегда был благодарен Пушкину, считал его своим лучшим учителем, благоговейно склонялся перед его памятью.
Однако это были уже его зрелые произведения. А если говорить о раннем его творче-стве, то можно упомянуть первое сохранившееся сочинение гимназиста Гоголя - поэма "Ганц Кюхельгартен"(1827 г.), которое характерно прежде всего романтичной патетикой, выражающей иллюзию относительно переустройства внутреннего мира человека. Но иро-ническое отношение автора к главному персонажу, неспособному своими поступками реа-лизовать свои романтические мечты, не отрывает поэму от комично-стилевой стихии, кото-рая, вскоре, благодаря блестящему воплощению в "Вечерах...", ввела Гоголя в большую лите-ратуру. Поэма "Ганц...", как и некоторые повести, выходившие после неё, также как "Ши-нель" и др. не имели успеха.
Выход в 1831 - 1832 гг. в свет обеих частей "Вечеров...", вызвавших открытый, востор-женный отзыв поэта, также не были приняты консервативной критикой, которая отказалась признать творческую удачу молодого писателя. Как и Пушкин Белинский поддержал Гоголя. Он не только приветствовал появление нового таланта, но и определил его своеобразные черты:
1) художественный синтез возвышенного и комичного
2) оптимистический пафос
3) всеохватывающее воспроизведение "смешного" в русской жизни.
В "Вечерах..." открытие Гоголя состояло в том, что естественность жизни он обнару-жил в жизни людей, стоявших наиболее близко у истоков народного бытия. Именно здесь Гоголь искал доказательства (критерии) истинного и ценного, и потому впоследствии бес-конечные варианты человеческой "игры" - от хлестаковщины до фантастического культа чи-на - стали главными объектами гоголевской сатиры.
В "Вечерах..." - праздник народного духа. Доказательством тому служит образ "издате-ля" пасечника Рудого Панька, в интонации которого постоянно звучит ирония. Это тот смех, где столько же простодушия, сколько и природной мудрости.
В произведении патетика народного и национального чувства, выраженная с исклю-чительной проникновенностью, становится близкой, общедоступной любому читателю в любое историческое время.
Вспомним знаменитое начало одной из глав «Майской ночи»: «Знаете ли вы украин-скую ночь?.. Всмотритесь в неё...»
Вот уже полтора столетия русский и европейский читатель вглядывается в юных геро-ев "Сорочинской ярмарки", Параську и Гринько, напевающих друг другу на виду у всей тол-пы нежные и наивные песни. Невозможно оторваться от фольклорного сказа Фомы Гри-горьевича в "Вечере на кануне Ивана Купала".
Во второй части "Вечеров..." звучит тема освободительной борьбы, которая более ярко выражена в "Страшной мести". Вторая часть навеяна романтикой особенно в описаниях пейзажа. Для полноты картины украинской жизни Гоголю нужна была в "Вечерах..." и такая повесть, как "Иван Фёдорович Шпонька и его тётушка", пафос которой, в сущности, рождён также народным мышлением.
После "Вечеров..." выходит следующий шедевр его творений, книга "Мирго-род"(1835г.). Повести здесь тематически очень самостоятельны, что сказалось и в их жанрах: героическая эпопея "Тарас Бульба" и нравоописательная повесть об Иване Ивановиче и Иване Никифоровиче. Но мысль автора одна: мысль о возможностях человеческого духа, о счастье жить по законам высокого дома, объединяющем людей и о несчастье, нелепости, бессмысленности существования. Повести отразили совершенно противоположные резуль-таты развития человека. Вопрос был поставлен остро, что говорило о страстном желании Гоголя видеть общество свободным от подобных несоответствий
Создавая "Вечера..." и "Миргород" Гоголь не мог обойтись без народного фольклора, благодаря которому мы, читая повести Гоголя, глубже проникаем и понимаем жизнь тех или иных людей, описываемых в них.
Постоянно, живя в Петербурге, в письмах к матери он обращается с просьбой написать побольше народных песен, любопытных фамилий, прозвищ, преданий и сведений о том, как проводятся свадьбы, калядки, как одеваются парубки и девушки на гулянья, гадания.
Если говорить о фантастике и реальности в произведениях Гоголя, то впервые мы встречаемся с этими элементами в "Вечерах...".
"Вечера..." были написаны в связи с тем, что русская общественность проявила инте-рес к Украине в этот период: её нравам, быту, литературе, фольклору. И вот, Гоголь решает ответить на потребность в украинской тематике своими художественными произведениями.
"В "Вечерах..." герои во власти религиозно-фантастических представлений, языческих и христианских верований... В рассказах о недавних событиях, о современности демониче-ские силы воспринимаются как суеверие. Отношение самого автора к сверхъестественным явлениям ироническое... Волшебно-сказочная фантастика отображается Гоголем не мисти-чески, а более или менее очеловеченно..."
Чертям, русалкам, ведьмам придаются вполне реальные, определённые человеческие свойства. Так, чёрт из повести "Ночь перед Рождеством" "спереди - совершенный немец", а "сзади - губернский стряпчий в мундире". И, ухаживая за Солохой, он нашёптывал ей на ухо "то самое, что обыкновенно нашёптывают всему женскому роду".
Фантастика, вплетённая писателем в реальную жизнь, приобретает в "Вечерах..." "пре-лесть наивно-народного воображения и, несомненно, служит поэтизации народного быта". Но при этом христианское воззрение Гоголя постепенно меняется (растёт). Более полно, нежели в других произведениях, оно выражается в повести "Страшная месть". Здесь в образе колдуна олицетворяется дьявольская сила. Но этой страшной силе противопоставляется православная религия.
При главенстве сатирического принципа изображения Гоголь особенно часто обраща-ется в "Петербургских повестях" к фантастике и приёму "крайнего контраста". Он был убеж-дён, что "истинный эффект заключён в резкой противоположности". Но фантастика в той или иной мере подчинена здесь реализму.
Углубляя показ в повести "Нос" нелепости человеческих взаимоотношений при "дес-потическо-бюрократической субординации", Гоголь искусно использует фантастику.
В повести "Шинель" запуганный, забитый Башмачкин проявляет своё недовольство значительными лицами, грубо его принижавшими и оскорблявшими, в состоянии беспамят-ства, в бреду. Но автор, будучи на стороне героя, защищая его, осуществляет протест в фан-тастическом продолжении повести.
"Гоголь наметил в фантастическом завершении повести реальную мотивировку. Зна-чительное лицо, смертельно напугавшее Акакия Акакиевича, ехало по неосвещённой улице после выпитого у приятеля шампанского, и ему, в страхе, вор мог показаться кем угодно, да-же мертвецом".
Обогащая реализм достижениями романтизма, просвещенного абсолютизма, создавая в своём творчестве сплав сатиры и лирики "анализа действительности и мечты о прекрас-ном человеке и будущем страны", он поднял критический реализм на новую высшую сту-пень по сравнению со своими мировыми предшественниками.


Гоголь и религиозные искания его времени. Христианская позиция писателя. “Размышления о божественной литургии”.

Николай Васильевич Гоголь был своеобразным человеком. Его характер был противо-речивым. Он часто бывал странен, замкнут, молчалив, нелюдим, мрачен, иногда поступал необъяснимо эксцентрично, а иногда, напротив, был прост и весел. Одни люди изображали Гоголя беззаботным весельчаком, озорным и чудаковатым, другие же – мистиком, мучени-ком христианской веры. Гоголь был глубоко религиозным человеком, но эта религиозность появилась у него не сразу.
Гоголь мечтал быть полезным человечеству. И эта мечта появилась у него еще в юно-шеские годы. Он говорил: «Я думал просто, что выслужусь и все это доставит служба госу-дарственная. От этого страсть служить была у меня в юности очень сильна». Он также гово-рил: « Мысль о службе у меня никогда не пропадала». Можно сказать, что вся его жизнь бы-ла службой, службой России, службой человечеству. Но чтобы служить, чтобы смочь это сделать, по его же словам, нужно «узнать получше природу человека вообще и думу человека вообще». «С этих пор этих пор человек и душа человека сделались, больше чем когда-либо, предметом наблюдений. Я остановил на время все современное…» Гоголя перечитал очень много книг, книг законодателей, душеведцев и наблюдателей за природой человека. Его за-нимало все, где только выражалось познание людей и души человека, от исповеди светского человека до исповеди монаха. «…и на этой дороге, нечувствительно, почти сам не ведая как, я пришел ко Христу, увидевши, что в нем ключ к душе человека и что еще никто из ду-шезнателей не всходил на ту высоту познания душевного, на которой стоял он». Так Гоголь пришел к Богу. В своей «Авторской исповеди» он сказал, что он раньше верил в Бога, но «как-то темно и неясно».
Свою христианскую позицию Гоголь показал в своей книге «Выбранные места из пе-реписки с друзьями». Начиная работать над этой книгой в 1846 году, Гоголь был глубоко убежден, что его посетило божественное откровение. Вскоре, через год, он закончил работу над книгой. В ней он лишь отчасти использовал свои действительные письма 1843-1846 го-дов, а большинство статей написал в виде писем заново. В чем же состоит христианская по-зиция Гоголя? В том, что каждый человек на свете должен служить, что каждый человек должен стать христианином. И, самое главное, каждый человек должен заглянуть себе в ду-шу, познать ее, проанализировать, потому как «найдя ключ к своей душе, найдешь ключ и к душам других людей». Гоголь говорил, что верховная инстанция всего есть церковь и разре-шение вопросов жизни - в ней.
В главе «Несколько слов о нашей церкви и духовенстве» Гоголь говорит о том, что рус-ским народом православная церковь незнаема. Он выражает глубокое сожаление об этом. В главе «Христианин идет вперед» Гоголь утверждает, что «для христианина нет оконченного курса; он вечно ученик и до самого гроба ученик». То есть для верующих учение не заканчи-вается никогда. Они постоянно развиваются. В «Светлом воскресении» Гоголь повествует о празднике воскресения Христа, о том, что этот праздник воспразднуется прежде всего в России, русским народом. И он объясняет почему: «Мы еще растопленный металл, не от-лившийся в национальную форму; еще нам возможно выбросить, оттолкнуть от себя нам неприличное и внести в себя все, что уже невозможно другим народам, получившим форму и закалившимся в ней».
Религиозные искания гоголевского времени очень четко показал Белинский в письме Николаю Васильевичу: «Неужели же Вы не знаете, что наше духовенство находится во все-общем презрении у русского общества и русского народа? Про кого русский народ рассказы-вает похабную сказку? Про попа, попадью, попову дочь и попова работника. Кого русский народ называет: «дурья порода, колуханы, жеребцы»? Попов. Не есть ли поп на Руси для всех русских представитель обжорства, скупости, низкопоклонничества, бесстыдства? И будто всего этого вы не знаете. Странно. По-вашему, русский народ – самый религиозный в мире? Ложь».
В этом небольшом отрывке прослеживается мысль о том, что русские христиане были неистинными, что обряды совершались только формально. В народе ходили слухи о воров-стве в кругах духовенства, и это действительно было так. Трудно было добиться доверия у народа, нагло обманывая и обворовывая его.
Во времена Гоголя церковь яростно преследовалась, но отвечала на это спокойствием и равнодушием. Этот факт подчеркивает в письме к гр. А П.Т…му и сам Гоголь. Он говорит: «Зачем хотите вы, чтобы наше духовенство, доселе отличавшееся спокойствием, столь ему пристойным, стало в ряды европейских крикунов и начало, подобно им, печатать опромет-чивые брошюры?» Сам Гоголь говорил, чтобы защищать церковь в это ненастное время, не-обходимо было самому прежде ее узнать. В то время церковь вообще мало кто знал. Но ду-ховенство не бездействовало. И Гоголь был уверен и утверждал, что где-то в глубине мона-стырей и в тишине келий готовятся неопровержимые сочинения в защиту церкви нашей. Церковь действовала медленно, не спеша, обдумывая все поступки, молясь и воспитывая самих себя. Некоторые говорили, что церковь была безжизненна, но они говорили неправ-ду, потому что церковь есть жизнь. Но ложь та была выведена логически и сформирована правильным выводом, но правда скрывается в том, что мы безжизненны, а не церковь. Го-голь говорил и о том, что защищать русскую церковь в его время равносильно тому, что уро-нить ее, и что есть для всех одна пропаганда – жизнь, и только жизнью люди должны люди защищать церковь. С философской точки зрения Гоголя мы должны благодеяниями и чисто-той душ возвещать истину на стороне церкви. Ходили слухи во времена Гоголя, что духо-венство и вовсе отстранено от прикосновения с жизнью. Но эта нелепость не имела сущест-венной доли правды. Духовенство было ограничено в его соприкосновениях с людьми. «Попы становились дурными, что чересчур сделались светскими». Во времена Гоголя поло-жение церкви было сложное, но не было такого положения, из которого бы христианская церковь не нашла бы выхода.







Петербургские повести и их значение. Невский проспект.

Сочетание юмора и драматизма, а порой и трагизма очень характерно для цикла по-вестей Гоголя, которые принято называть «петербургскими». К ним относятся «Невский проспект», «Нос», «Портрет», «Записки сумасшедшего» и «Шинель».
Петербург в начале XIX века был одним из красивейших и богатейших городов Евро-пы. Его величавую и строгую красоту воспел в «Медном всаднике» Пушкин, отразив двули-кость Петербурга. Н. В. Гоголь развивает и углубляет эту тему в своих петербургских повес-тях. В них предстает перед нами и город владельцев «роскошных палат», и город жалких ла-чуг, в которых селились бедные чиновники, ремесленники, нищие художники. И эти два Петербурга писатель показывает в сложных взаимосвязях, как бы сталкивая их между собой.
В духе беспощадной сатиры изображает Гоголь людей высших кругов столичного общества. И повести «Невский проспект» перед читателем предстает толпа чиновников с их женами, совершающая предобеденную прогулку. И мы не встретим там человеческих лиц, но зато увидим «бакенбарды… пропущенные с необыкновенным и изумительным искусст-вом под галстук, бакенбарды бархатные, атласные, черные как соболь или уголь…», встре-тим усы «никаким пером, никакою кистью не изобразимые», увидим тысячи сортов шляпок, платьев. Перед нами проходит парад туалетов, причесок, искусственных улыбок, что свиде-тельствует о том, как мелки и пусты эти люди, стремящиеся произвести впечатление не своими человеческими качествами, а лишь изысканностью внешности.
За внешним изяществом и блеском жизни высших кругов чиновничьего общества скрывается нечто низменное, бездушное, безобразное. Автор говорит: «О, не верьте этому Невскому проспекту! Я всегда закутываюсь покрепче плащом своим, когда иду по нем, и стараюсь вовсе не глядеть на встречающиеся предметы. Все обман, все мечта, все не то, что кажется!»
Но вот на этом Невском проспекте, озаренном призрачным, таинственным светом фонарей, блеском зеркальных стекол проносящихся с шумом роскошных карет, среди само-довольной нарядной толпы мы видим молодого скромного человека. Это художник Писка-рев. Он доверчив, чист, он влюблен в прекрасное и ищет его повсюду. Гоголь изображает встречу Пискарева с юной красавицей. Она проводит его в свой дом, который оказывается грязным притоном. Здесь пьянствуют те же самые богообразные чиновники, которые с та-кими добродетельными лицами гуляют по Невскому проспекту.
Молодой художник обманулся в своих надеждах. Его чистые чувства осмеяны и рас-топтаны. Пискарев не выдерживает столкновения с жестокой и грязной действительностью и погибает.
В повести «Записки сумасшедшего» Гоголь изображает трагическую судьбу человека, задохнувшегося в пустом мертвом мире власти чинов и золота. К мелкому чиновнику По-прищину окружающие его люди относятся с презрением, потому что у него «нет гроша за душой», потому что он «нуль, больше ничего». Поприщину поручено ходить в кабинет ди-ректора департамента чинить перья. Мир роскоши, в котором живет семья директора, вос-хищает и подавляет маленького чиновника. Но все это очарование роскошной жизнью знати постепенно меркнет для Поприщина, ибо к нему в генеральском доме относятся, как к не-одушевленному предмету. И в его сознании пробуждается протест против социальной не-справедливости. Он мечтает сам стать генералом, но только для того, чтобы заставить всех этих напыщенных гордостью людей склонить головы перед ним, «только для того, чтобы увидеть, как они будут увиваться…»
Поприщин сходит с ума. Ему кажется, что он читает переписку комнатных собачек, которые рассказывают ему о жизни генерала, его дочери. На самом же деле это все мысли самого Поприщина, который начал понимать, как пуста и бессмысленна жизнь, как ничтож-ны идеалы этого высшего чиновничьего мира. Главная забота генерала - дадут или не дадут ему орден, за кого выдаст он замуж дочь, за камер-юнкера или генерала.
Поприщин воображает себя королем Испании. Эта болезненная идея возникает у ге-роя повести как результат постоянного унижения его человеческого достоинства. Поприщи-на увозят в дом умалишенных. С ним там обращаются жестоко, бесчеловечно, сторожа из-бивают его палками. Повесть кончается монологом Поприщина, полным отчаяния и созна-ния своей беззащитности: «Спасите меня! возьмите меня!.. Матушка, спаси твоего бедного сына! посмотри, как мучат они его!» И в этих словах звучит не только голос одинокого больного Поприщина. Это и крик души простого человека-труженника, угнетенного, бес-правного в Российском самодержавно-крепостническом государстве.
С повестью «Записки сумасшедшего» тесно связана повесть «Нос». Внешне она мо-жет произвести впечатление какой-то веселой сказки. Но, как часто бывает у Гоголя, сказка при внимательном чтении оборачивается былью, а смех – горечью и грустью. В повести «Нос» углубляется сатирическое изображение представителей высшей бюрократической среды.
Коллежский асессор Ковалев, приехавший в Петербург с намерением сделать карьеру и жениться на богатой невесте, однажды утром, взглянув на себя в зеркало, обнаружил на лице «вместо носа гладкое место». Ковалев в отчаянии бросается на розыски своего про-павшего носа. Ведь без носа не появишься в официальном учреждении, в светском общест-ве, не прогуляешься по Невскому проспекту. Рушатся все надежды на успех. А между тем становится известным, что нос Ковалева всюду появляется в городе, ездит в карете, носит расшитый золотом мундир, шляпу с плюмажем, уже перегнал в чинах своего хозяина. Он статский советник.
Замысел фантастической истории становится особенно ощутим и ясен. Гоголь зло смеется над дикими нравами чиновничьего мира, где ценится не человек, а чин.
В повести «Портрет» изображена драматическая история талантливого художника Чарткова, который не устоял перед соблазнами мнимого счастья. Таинственный, загадоч-ный случай делает его владельцем целой груды золотых монет. Почти обезумев, сидел Черт-ков перед золотом и мысленно рисовал два пути, которые открывала перед ним эта тысяча золотых. Один – жить скромно, уехать в Италию, посвятить себя изучению произведений великих мастеров, провести молодость в упорном труде, совершенствовать свое мастерство живописца. Другой путь – приобрести богатую квартиру, роскошную обстановку, реклами-ровать себя как художника-портретиста в газетах и этим привлечь заказчиков. Этот послед-ний путь обещал ему богатство и известность. Чартков думал, что это будет не только легкий путь в жизни, не и прямой и легкий путь в искусстве.
Однако золото сыграло пагубную роль в его жизни. Оно открыло ему дорогу в мир лжи и лицемерия, бездумного и пустого существования. И в искусстве Чартков также начи-нает лгать: «Он с большой охотой соглашался на все». В своих портретах он отступал от правды жизни, льстил каждому.
К Чарткову пришли и богатство и известность. Он поверил, что слава эта настоящая, а не купленная за деньги, что его поверхностные суждения об искусстве и есть сама абсо-лютная истина. Но вот однажды Чарткова как почетного члена Академии художеств пригла-сили на выставку новой картины. Ее автором был в прошлом товарищ Чарткова, всю свою жизнь бескорыстно посвятивший искусству. Он трудился, не думая ни об успехах в общест-ве, ни о славе. У Чарткова уже были заранее заготовлены фразы, в которых он собирался что-то покритиковать в картине, что-то похвалить.
Однако когда Чартков увидел картину, он был потрясен. Он должен был сознаться, что это настоящее произведение искусства. Чартков не мог лгать и лицемерить, «…речь умерла на устах его, слезы и рыдания нестройно вырвались в ответ, и он как безумный вы-бежал из залы». Чартков окончательно понял, что давно уже погиб и как человек и как ху-дожник. Но это сознание вызвало в нем бешеную злобу ко всему живому и прекрасному. Чартков сходит с ума и в страшных муках умирает.
В своей повести великий русский писатель выразил глубокие мысли о том, что ис-кусство сможет свободно развиваться, быть правдивым и являться величайшим благом для людей лишь в том случае, если его творцы будут свободными от желания угождать вкусам и потребностям высших слоев общества, будут свободными от растлевающей власти денег.
«Шинель» является произведением, завершающим цикл петербургских повестей. Н. В. Гоголь окончил работу над ней в 1841 году после путешествия по Европе и длительного пребывания в Италии. В этом произведении писатель развивает тему затравленности, уни-женности человека-труженника в чиновничьем мире.
Центральным персонажем «Шинели» является самый мелкий по чину служащий кан-целярии, переписчик бумаг Акакий Акакиевич Башмачкин. Гоголь показывает, до какой сте-пени калечит, духовно опустошает человека мир департаментов, ведомств, где господствуют мертвая форма циркуляров и отношений, где сущность дела никого не интересует. Башмач-кину уже более 50 лет. Почти всю свою жизнь он провел в мире казенных бумаг и не только привык к этой бессмысленной работе переписки, но и полюбил ее. У Башмачкина были да-же особенно любимые буквы. Когда он доходил до них, «то был сам не свой: и подсмеивал-ся, и подмигивал, и помогал губами…»
Так, получая нищенское жалование, без семьи, без друзей, без каких-либо желаний и стремлений жил Башмачкин десятки лет. Его убогая бедность, забитость, безответная покор-ность вызывали презрение у сослуживцев, которые позволяли себе издевательские шутки, унижающие его человеческое достоинство.
Так уже в экспозиции повести начинает звучать тема защиты простого человека, униженного и затравленного в мире социального неравенства, социальной несправедливо-сти. Акакий Акакиевич вынужден заказать себе новую шинель. И чтобы собрать деньги на новую шинель, Башмачкину приходится голодать по вечерам, отказываться от чая, не жечь свечей, а сидеть в темноте или просить хозяйку пустить его к свету в ее комнате. Но сам процесс обдумывания, как и какую сшить шинель, хлопоты, связанные с покупкой материа-лов, примерки и т. п., доставляют Акакию Акакиевичу радость, которую он никогда не ис-пытывал. Впервые в жизни Башмачкина оказалось что-то свое, возникло какое-то человече-ское желание.
Наконец шинель сшита. И здесь снова проявляются низменные нравы сослуживцев Башмачкина. Те, кто раньше не считал его за человека, теперь, увидев в новой шинели, резко изменили к нему отношение. Так Гоголь иронизирует над людьми, которые способны про-никнуться уважением к шинели, но не способны уважать человека.
Однако первый радостный вечер в жизни Башмачкина оборачивается для него не-счастьем. Он был ограблен, воры похитили новую шинель. Все попытки Акакия Акакиевича найти у людей помощь не дают результата. В чиновничьем мире люди глухи к страданию простого человека. Даже генерал, который в повести назван «значительным лицом», не только не вслушался в просьбу Башмачкина, но даже накричал на него.
Башмачкин умер: «Исчезло и скрылось существо, никем не защищенное, никому не дорогое, ни для кого не интересное…»
Но история о бедном чиновнике на этом не кончается. Мы узнаем, что умирающий в горячке Акакий Акакиевич в бреду так бранил «его превосходительство», что старушке хо-зяйке, которая сидела у постели больного, становилось страшно. Таким образом, перед са-мой смертью проснулся в душе забитого Башмачкина гнев против людей, погубивших его.
Петербургские повести очень схожи по своей фантастичности с «Миргородом». Тут и там фантасмагория играет значительную роль. Но в цикле повестей «Миргород» народного больше чем в петербургских повестях.

Обобщающее значение образа Чичикова. «Гоголевский… видимый миру смех сквозь не-зримые миру слезы». Образ повествователя. Литературная полемика вокруг поэмы.

«...не красавец, но и не дурной наружности, ни слишком толст, ни слишком тонок; нельзя сказатьчтобы стар, однако ж и не так, чтобы слишком молод « - так автор впервые представляет читателю центрального героя поэмы Чичикова. Еще в детстве Чичиков полу-чил от отца наставление, как выбиться в люди: «больше всего угождай учителям и началь-никам ... водись с теми, которые побогаче, чтобы при случае могли быть тебе полезными ... а больше всего береги и копи копейку, эта вещь надежнее всего на свете ... Все сделаешь и все прошибешь на свете копейкой». Этот завет отца и положил Чичиков в основу своих от-ношений с людьми еще со школьной скамьи. Копить копейку как средство достигнуть мате-риального благополучия и заметного положения в обществе стало основной целью всей его жизни.«Неодолимую силу характера », « расторопность, проницательность и прозорливость », все своеумение обворожить человека пускает Чичиков в ход, чтобы достичь желаемого. Быстро разгадав человека он умеет по-особому к каждому подойти, тонко рассчитав свои ходы и приспособив к характеру помещика манеру обращения и самый тон речи.
Писатель раскрывает образ Чичикова постепенно, по мере рассказов о его похождени-ях. В каждойглаве мы узнаем о нем что-то новое, и, наконец, мы видим и внешность, и внутренний его мир.
Гоголь мастерски, одной фразой дает ему полную характеристику: « Справедливее все-го назвать его хозяин-приобретатель », а далее автор говорит о нем просто и резко: « Подлец ».
Гоголь не случайно выделяет его из ряда прочих персонажей поэмы, рассказывая о прошлом героя и давая его характер в развитии произведения. Согласно замыслу , автор со-бирался « провести Чичикова через искушение собственничества, через жизненную грязь и мерзкость к нравственному возрождению ». Именно с людьми, не окончательно омертвев-шими, имеющими хоть какую-то цель, пытался связать автор свои надежды на возрождение России. Но Гоголь понял невозможность воплощения первоначального замысла; быть мо-жет, потому история второго и третьего томов поэмы нам известна.
По количеству сарказма и критики, вылитой на головы казнокрадов, подхалимов, взя-точников, Гоголь не превзойден. Всем его читателям известно , что ему свойственно , как никому другому , и усиление остроты критического изображения действительности, и резко сатирическая направленность творчества. Произведения Гоголя , глубоко вскрывая общест-венные противоречия, дышат непримиримой ненавистью к миру пошлости, своекорыстия и погони за наживой, к тому феодально-крепостническому строю, который угнетал народ, ис-кажал характер человека, его натуру.
Обличая все дурное, Гоголь верил в торжество справедливости, которая победит, как только люди осознают гибельность «дурного», а чтобы осознали, Гоголь осмеивает все пре-зренное, ничтожное. Реализовать эту задачу ему помогает смех. Не тот смех , который поро-ждается временной раздражительностью или плохим характером, не тот легкий смех, слу-жащий для праздного развлечения, но тот, который « весь излетает из светлой природы че-ловека », на дне которой заключен « вечно бьющий родник его ».
Суд истории, презрительный смех потомков - вот что, по мысли Гоголя, послужит возмездием этому пошлому, равнодушному миру, который ничего не может изменить в себе даже перед лицом очевидной угрозы бессмысленной своей гибели.
Художественное творчество Гоголя, воплощавшее в ярких, законченных типах все от-рицательное, все темное, пошлое и нравственно-убогое, чем так богата была Россия, было для людей 40-х годов неоскудевающим источником умственных и нравственных возбужде-ний. Темные гоголевскиетипы ( Собакевичи, Маниловы, Ноздревы, Чичиковы ) явились для них источником света, ибо они умели извлечь из этих образов скрытую мысль поэта, его поэтическую и человеческую скорбь; его « незримые, неведомые миру слезы », превращен-ные в « видимый смех », были им и видны и понятны. Великая скорбь художника шла от сердца к сердцу . Это нам помогает почувствовать истинно «гоголевский» способ повество-вания: тон повествователя насмешлив, ироничен; он беспощадно бичует изображенные в «Мёртвых душах» пороки. Но вместе с тем в произведении встречаются и лирические от-ступления, в которых изображаются силуэты русских крестьян, русской природы, русского языка, дороги, тройки, далей... В этих многочисленных лирических отступлениях нам ясно видна позиция автора, его отношение к изображаемому, всепроникающий лиризм его люб-ви к отчизне.
«Русь, Русь! Вижу тебя, из моего чудного далёка тебя вижу... Что глядишь ты так, и за-чем всё, что ни есть в тебе, обратило на меня полные ожидания очи?..»
«... и в двадцать раз грознее является через то ночное небо, и, далеко трепеща листья-ми в вышине, уходя глубже в непробудный мрак, негодуют суровые вершины дерев на сей мишурный блеск, осветивший снизу их корни. «Широта сюжета и насыщенность произве-дения лирическими местами, позволяющими писателю многообразно выявить своё отно-шение к изображаемому, внушили Гоголю мысль назвать «Мёртвые души» не романом, а поэмой.
Вокруг поэмы была развёрнута бурная дискуссия, в ходе которой особенно ярко и го-рячо выступали два писателя-критика: Белинский и Аксаков
В «Мёртвых душах» Аксаков усмотрел элементы эпоса, свойственные гомеровской эпохе созерцания мира - мудрое, спокойное, примирённое.
Оба критика резко осуждали произведение за атеизм. Из письма Белинского Гоголю: «...И в это-то время великий писатель ... является с книгою, в которой во имя Христа и церкви учит варвара-помещика наживать от крестьян больше денег, ругая их «немытыми рылами»!
...Проповедник кнута, апостол невежества, поборник обскурантизма и мракобесия - что Вы делаете?.. Христа-то зачем Вы примешали тут?.. Он первый возвестил людям учение свободы, равенства и братства и мученичеством запечатлел, утвердил истину своего уче-ния...Если Вы любите Россию, порадуйтесь со мной падению Вашей книги».
По словам Белинского, Гоголь своей книгой не содействовал развитию самосознания русского народа: «Ей (России) нужны не проповеди, не молитвы, а пробуждение в народе чувства человеческого достоинства, столько веков потерянного в грязи и навозе, - права и законы, сообразные не с учением церкви, а со здравым смыслом и справедливостью, и стро-гое, по возможности, их выполнение...»- вот что утверждал в своём письме Гоголю Белин-ский.
Только самые верноподданнические критики хвалили поэму.


«Выбранные места из переписки с друзьями» (1847г). Высокие гуманистиче-ские, общечеловеческие идеалы писателя. Оценка Белинского.


В начале 19 века письмо было для писателя не только средством общения с родствен-никами или друзьями, но и своеобразным литературным жанром. Широкое развитие такой жанр получил в России. На первый взгляд, небрежные - с тем чтобы производить на чита-теля впечатление непринужденной болтовни, - они в действительности пишутся по тща-тельно обдуманному плану, насыщаются стихотворными цитатами, афоризмами, иногда пе-реписываются по нескольку раз.
Письма Гоголя (которых дошло до нас  1350) - обширная и важная часть его литера-турного наследия. Отражая все этапы духовной эволюции Гоголя, письма составляют неза-менимый источник для биографии писателя, они наиболее полно знакомят нас с движением его замыслов, с его суждениями по самым разным вопросам жизни и литературы, рисуют картину его взаимоотношений с писателями-современниками, историю его идейного и эс-тетического развития. В письмах перед нами выступает не только Гоголь-человек и мысли-тель, но и Гоголь-художник со всей пестротой свойственных ему настроений, со всем мно-жеством творческих исканий.Различные по душевной тональности, письма Гоголя не менее разнообразны по своим жанрам. Есть среди них и лирические письма-излияния, и короткие веселые дружеские записки, и шутливые письма-описания, в которых сверкает и перелива-ется всеми присущими ему красками искусство Гоголя-сатирика и юмориста, и приподня-тые, торжественные письма-проповеди, подготавливающие "Выбранные места из перепис-ки с друзьями".
Гоголевские письма имеют двоякое значение: литературно-художественное и биогра-фическое. В "Выбранные места из переписки с друзьями" вошла наиболее интересная часть гоголевского эпистолярного наследия, представленного всеми своими стилями и жанрами.
В письмах Гоголя - при всем внешнем разнообразии их содержания - в центре внима-ния писателя всегда находится его личная и авторская судьба. Книга отразила мучительные душевные процессы, изнурявшие и обессилевшие писателя, и прежде всего его сомнение в действительности, учительной функции художественной литературы. Вместе с тем, книга объективно отражала и общий кризис в стране, где царят не согласие сословий и классов, а брань и ссора: "Дворяне у нас между собой как кошки с собаками".
Замысел книги относится к весне 1845 года, к периоду затяжного приступа болезни и душевной депрессии писателя. Из предисловия мы узнаем, что, будучи при смерти, он на-писал завещание, которое является I частью книги. Завещание не заключает в себе никаких личных, семейных подробностей, оно состоит из интимной беседы автора с Россиею, т.е. автор говорит и наказывает, а Россия его слушает и обещает выполнить.
Завещание было пронизано религиозно-мистическими настроениями, а претензион-ный проповеднический тон обращения к соотечественникам, соответствовал общему пафосу и идейному замыслу "Выбранных мест".
За предисловием и завещанием следуют письма. В этих письмах автор изображает себя как бы прозревшим вследствие своей болезни, исполнившимся духа любви, кротости и в особенности смирения... Содержание их соответствует такому духу: это не письма, а скорее строгие и иногда грозные увещания учителя ученикам... Он поучает, наставляет, советует, упрекает, прощает и т.д. К нему все обращаются с вопросами, и он никого не оставляет без ответа. Он сам говорит: "Все каким-то инстинктом обращалось ко мне, требуя помощи и со-вета: "В последнее время мне случалось даже получать письма от людей, мне почти вовсе незнакомых, и давать на них ответы такие, каких бы я не сумел дать прежде. А между про-чим я ничуть не умнее никого". Он сам сознает себя чем-то вроде сельского священника или даже папы своего католического мира. В своей книге он доказывал, что православная цер-ковь и русское духовенство - это одно из спасительных начал не только для России, но и для Европы. Даже о русском самодержавии он стал говорить, что оно имеет народный характер. Он стал оправдывать закрепощение крестьян.
Выход "Выбранных мест..." навлек на их автора настоящую критическую бурю. Резкой и принципиальной критике книга была подвергнута Белинским в рецензии "Современника" и особенно в письме к Гоголю от 15 июля 1847 год. из Зальцбурга.
Советы и поучения "Переписки" были так далеки по своему содержанию от того, что несли прежние создания Гоголя, и Белинский немедленно на них откликнулся. Статью в "Современнике" о "Выбранных местах" он публикует сразу же после выхода книги, почти поспешно, чувствуя потребность немедленно ответить ее автору. Непростительным пред-ставляется Белинскому самобичевание Гоголя, называющего все прежние свои сочинения "необдуманными и незрелыми", смешны в устах автора "Ревизора" наивные уверения, что взяточничество в России уменьшилось бы, если бы жены чиновников наперебой не стре-мились блистать в свете. Дикими выглядят советы "касательно сельского суда и расправы" и попытки научить помещика ругаться с мужиками в "воспитательных" целях". "Что это такое? где мы?” - спрашивает Белинский, и кажется, что эти возгласы отчаяния заставили Гоголя возражать Белинскому в письме, написанном  20 июня 1847 года и вызвавшем ответ Бе-линского. Письмо к Гоголю занимает совершенно особое место в наследии Белинского, да и во всей истории русской общественной мысли. Поскольку письмо не предназначалось для печати, в нем критик мог высказаться с полной откровенностью. Белинский выступает в нем с проповедью необходимости для России уничтожения крепостного права и самодер-жавия, за просвещение народа. Он отвергает гоголевский взгляд на русский народ как народ религиозный в своей основе и высмеивает веру в спасительную и просветительную роль духовенства. Рискуя усилить нерасположение к нему Гоголя и не зная, как глубоки корни главных идей "Переписки", Белинский пытается вернуть Гоголя на прежний путь.
"Письмо к Гоголю" явилось подлинным политическим и литературным завещанием Белинского. В нем с определенной ясностью и откровенностью, с испепеляющей страстью и глубочайшим лиризмом он развивал свои взгляды на исторические судьбы русского народа и литературы, на крепостное право и религию. "Тут дело идет, - писал он, - не о моей или вашей личности, но о предмете, который гораздо выше не только меня, но даже и вас, тут дело идет об истине, о русском обществе, о России". Белинский подчеркивает, что будущее России, судьба русского народа - в решении неотложных вопросов, связанных с борьбой против крепостного права. "Самые живые, современные национальные вопросы в России теперь: уничтожение крепостного права, отменение телесного наказания и т.д."
В ответном письме Белинскому, признавая частично неудачу своей книги, со своей стороны упрекал критика в односторонности и непримиримости к чужому мнению, в игно-рировании религиозно-моральной проблематики. Гоголю кажется, что ошибка его не в са-мом направлении книги, а в том, что он поторопился ее издать, не был готов к этой задаче и поэтому многое в ней написал поспешно, недостаточно глубоко и продуманно, и хочет ра-зобраться в допущенных им ошибках. В авторской исповеди Гоголь говорит: «И что всего замечательней, чего не случилось, быть может, доселе еще ни в какой литературе, предме-том толков и критик стала не книга, но автор. Подозрительно и недоверчиво разобрано бы-ло всякое слово, и всяк наперерыв спешил объявить источник, из которого оно произошло. Над живым телом еще живущего человека производилась та страшная анатомия, от которой бросает в холодный пот... Никогда и прежде я не пренебрегал советами, мнениями, суж-деньями и упреками, уверяясь, чем далее, более, что если только истребишь в себе те щекот-ливые струны, которые способны раздражаться и гневаться... В итоге мне послышались три разные мнения: первое, что книга есть произведение неслыханной гордости человека, во-зомнившего, что он стал выше всех своих читателей, имеет право на вниманье всей России и может преобразовывать целое общество; второе, что книга эта есть творение доброго, но впавшего в прелесть и в обольщение человека, у которого закружилась голова от похвал, от самоуслаждения своими достоинствами; третье, что книга есть произведение христианина, глядящего с верной точки на вещи и ставящего всякую вещь на ее законное место... Почти в глаза автору стали говорить, что он сошел с ума, что в его книге ничего нет нового, что же и ново в ней, то ложь. Как бы то ни было, но в ней есть моя собственная исповедь; в ней есть излиянье и души и сердца моего.

Но, несмотря на "Переписку", Гоголь остался для Белинского великим русским реали-стом, который вместе с Пушкиным и Грибоедовым положил конец "ложной манере изобра-жать русскую действительность".


Роль творчества Гоголя в литературном процессе 19-20 в. Гоголь и наша совре-менность. Популярность Гоголя в Литве, переводы на литовский язык.

Политика Николая 1 в период после восстания 14 декабря 1825 г. – откровенно-беззастенчивая политика палача. Характеризуя ее, Герцен писал: «Первые годы, последо-вавшие за 1825, были ужасны… Людьми овладевало глубокое отчаяние и всеобщее уны-ние». В обстановке подозрительности шпионаж стал «духом времени», а тайное наблюдение – манией. Но и в этот период, вспоминает Герцен, «внутри государства совершалась вели-кая работа – работа глухая и безмолвная, но деятельная и непрерывная; всюду росло недо-вольство».
Литература разделяется как бы на два направления: охранительная и оппозиционная. И период с 40-ых годов 19 века в литературе принято считать «гоголевским» периодом рус-ской литературы. Как писал ученый, писатель и критик Чернышевский, «Гоголя должно считать отцом русской прозаической литературы, как Пушкина – отцом русской поэзии…»
Значение Гоголя для русской литературы огромно. «С появлением Гоголя литература наша исключительно обратилась к русской жизни, к русской действительности». (Белин-ский). По определению Чернышевского, Гоголь явился основателем «…сатирического – или, как справедливей будет назвать его, критического направления».
Критический реализм. Наряду с реакционным и прогрессивным романтизмом, веду-щая тенденция русской литературы начала склоняться к реализму. Критический реализм стремится отобразить действительность всесторонне: в великом и малом, необыкновенном и повседневном, прекрасном и безобразном. Представители этого направления обращают свое внимание к непривилегированным, трудовым слоям населения. Меняется понимание назначения писателя. Автор выступает учителем, гражданином, исследователем, аналити-ком изображаемой им жизни. Основная задача состоит в критике существенных сторон дес-потической политики государства, в разоблачении язв окружающей действительности.
Реализм привлекал к себе все новых и новых писателей. Лермонтов, Кольцов, Гоголь окончательно закрепили позиции реализма.
Заслуги Гоголя перед русским народом, перед русской литературой безмерны и бес-смертны. Развивая реалистические принципы Пушкина, Гоголь обращается к житейской по-вседневности. Он обличает самодержавно-крепостнический строй в «Ревизоре» и первом томе «Мертвых душ», сочувственно изображает «маленьких людей» в «Петербургских повес-тях». Большое влияние оказал Гоголь на творчество Достоевского, Некрасова, Тургенева, Гончарова, Герцена, Салтыкова-Щедрина.
Гоголь поднял критический реализм на новую, высшую ступень, и стал одним из ве-личайших представителей критического реализма.
Его произведения все чаще и чаще привлекают западноевропейских читателей и ис-следователей литературы. Так, в Литве К. Яунюс, в будущем крупный литовский языковед, писал работу, основанную на анализе комедий Н. В. Гоголя. Однако некоторые исследова-тели Гоголя интересуются объективными свойствами его оригинального творчества, тесно связанного с действительностью; другие стремятся доказать его зависимость от западноев-ропейских писателей.
Еще в 30-е годы 19 в появляются переводы произведений Гоголя на немецком, чеш-ском и др. языках. В 1845 г в Париже вышел сборник повестей Гоголя на французском языке, сыгравший важную роль в ознакомлении мировой общественности с творчеством писателя. В конце 19 – начале 20 в. произведения Гоголя переводятся на арабский, китайский, япон-ский и др. языки. В середине 20 в возросла мировая известность Гоголя. При этом в странах с сильными пережитками феодализма (восточных и др.) наибольшей популярностью поль-зуется «Ревизор», текст которого нередко приспосабливается к местным условиям, насыща-ется новым бытовым материалом.
Влияние Гоголя испытали писатели разных стран: Каравелов, Неруда, Тувим, Луи Синь.
Могучее воздействие Гоголя испытал на себе не только русский театр. Так, трактовка Гоголя у литовского постановщика Некрошюса («Нос») вызывает много острых споров. Го-воря о русском театре, нельзя не вспомнить, что пьесы Гоголя вошли в репертуар русской сцены еще в 40-е годы 19 в. Также творчество Гоголя послужило материалом для создания выдающихся музыкальных произведений, таких как оперы Мусоргского, Римского-Корсакова, Чайковского, Лысенко.